- Почему Ваши родители дали Вам столь экзотичес-
кое имя - Жорес.
– Время было такое. Мой папа – старый большевик,
вступивший в партию в сентябре 1917 года. С тех пор не из-
менял этой новой своей вере. До этого он служил в Лейб-
гвардии его императорского величества 4-м гусарском
полку, Мариупольском, если мне память не изменяет. Во-
евал в Первую мировую войну, получил два Георгиевских
креста за храбрость, стал старшим унтер-офицером.
Он женился на моей маме, и когда
родился сын, они назвали его Марк-
сом. Были проведены красные крести-
ны, о которых писала полоцкая газета.
В семнадцать лет в 1941 году Маркс
пошел добровольцем на фронт. В 1942
в Сталинграде он вступил в партию. Его
товарищи взяли в плен Паулюса. Маркс
воевал в 96 отдельной Сталинской бри-
гаде, которая была подготовлена спе-
циально для уличных боев в Сталин-
граде. Потом был Харьков, Курская ду-
га, где он был тяжело ранен. Он вернул-
ся на фронт и погиб в феврале 1944 го-
да в маленькой украинской деревне
Хильки, когда немцы пытались вы-
рваться из котла, во время Корсунь-
Шевченковской операции.
Война – это безумно тяжелый период в жизни страны.
Мы потеряли миллионы и миллионы человеческих жизней.
Вместе с тем война была для нашей страны огромным испы-
танием, и она показала единство всего народа. Мой брат ле-
жит на украинской земле, он отдал за нее свою жизнь, а зна-
чит, что это одна наша общая Родина.
Простите, я не ответил на вопрос, почему меня зовут Жо-
рес. Я рассказал вам, почему моего брата назвали Марксом.
А я родился спустя шесть лет. Как говорили родители, они
СОБЫТИЕ
58
Уже давно Санкт-Петербургский Гума-
нитарный университет профсоюзов за-
думал и проводит цикл интереснейших
встреч с выдающимися современника-
ми – деятелями науки, культуры, поли-
тики. Сейчас они собраны в одну книгу
«Университетские встречи», которая
в ближайшее время выйдет в свет.
Мы выбрали из нее беседу, которую вел
со студентами и преподавателями Ж.И.
Алферов. Нашим читателям нет нужды
специально представлять великого фи-
зика, поскольку журнал уже
в первом номере опубликовал развер-
нутое интервью с ним. Мы были чрез-
вычайно горды, когда узнали, что наш
выдающийся соотечественник, дирек-
тор Физико-технического института
имени А.Ф. Иоффе, вице-президент Рос-
сийской Академии наук, депутат Госду-
мы, член Совета Попечителей Санкт-Пе-
тербургского Английского клуба Ж.И.
Алферов удостоен Нобелевской пре-
мии. Присоединяемся к многочислен-
ным поздравлениям в адрес
Жореса Ивановича, желаем ему добро-
го здоровья, дальнейших творческих
успехов и новых научных открытий.
О
Б
Щ
Е
Н
И
Я
Приветственное слово академика
И.Д. Спасского (на снимке И.Д. Спасский,
Г.Н. Ткачев, Е.Я. Лобанов, Ж.И. Алферов)
Р
А
Д
О
СТЬ
pg_0002
колепный композитор Александр Кол-
кер, замечательные писатели-сатири-
ки Гиндин, Рябкин и Рыжов. Первые
двое приходили ко мне в лаборато-
рию заниматься научной работой, ког-
да я был на 4–5 курсе, но не выдержа-
ли больше двух недель. ЛЭТИ, абсо-
лютно всерьез, был ведущим вузом
страны в области радиотехники и эле-
ктроники с великими еще с дореволю-
ционных лет традициями.
У меня была замечательная научная
руководительница – Наталья Николаев-
на Созина. Она привлекла меня к работе
в лаборатории на 3 курсе. С этого време-
ни я стал заниматься физикой полупро-
водников и полупроводниковыми при-
ждали девочку и не были готовы к появлению еще одного
сына. В то время, когда родился я, папа прочитал о Жане
Жоресе, основателе газеты «Юманите» и французской соци-
алистической партии, и дал мне это имя.
Много лет спустя, в 1964 году, я оказался первый раз в
Париже. В том году французы отмечали 50 лет со дня гибели
Жана Жореса, выдающегося борца за мир и одного из самых
ярких парламентариев. Он был убит 31 июля 1914 года. Я же,
относительно молодой человек, был участником конферен-
ции по физике полупроводников. Как и все, я получил кар-
точку участника, где вместо Жорес Алферов было написано
А.Жорес, потому что организаторы конференции решили,
что Жорес – конечно, фамилия. Я посмотрел на эту табличку,
думаю, что же делать. Из буквы «А» я сделал эмблему полу-
проводникового диода, после имени Жорес дописал Алфе-
ров. Мой приятель американский физик Маршалл Нейсон на
коктейль-пати устроил скандал: почему русским дают значки
с эмблемой полупроводникового диода, а американцам нет.
– Какие моменты в своей жизни Вы считаете счаст-
ливыми.
– Самое большое счастье, которое человек вообще ис-
пытывает в жизни,– это радость общения, в том числе ра-
дость общения с настоящими учителями. Талант учителя –
это потрясающая вещь. То, что я пошел в физику,– это про-
явление таланта Якова Борисовича Мельцерзона, учителя
физики в школе в Минске, куда мы приехали в 1945 году.
– И как же Вы почувствовали, что физика – это Ваше
призвание.
– Я увлекся электроникой и окончил совсем не физиче-
ский факультет – факультет электронной техники ЛЭТИ
имени Ульянова-Ленина. Ленинградский электротехниче-
ский институт в мое время в шутку часто называли «Ленин-
градский эстрадно-танцевальный с легким электротехни-
ческим уклоном», потому что наш институт окончили вели-
борами. Тогда еще такой специальности не было. И я был бес-
конечно счастлив, когда по распределению попал в Физико-
технический институт.
– Считаете ли Вы, что в России уровень образования
в вузах ниже, чем за границей.
– Нет, не считаю. Возможно, я уже немножко отстал и не-
сколько хуже, чем пятнадцать-двадцать лет тому назад, знаю
уровень образования в наших вузах в целом. Все-таки у ме-
ня такое ощущение, что на первых курсах у нас обучать сту-
дентов легче, чем в Штатах. Из школы приходят лучше под-
готовленные ребята и девчата, но дальше картина меняется.
Не зря мы все-таки перешли на систему бакалавриата и ма-
гистратуры. Магистратура – это два года для подготовки вы-
сококвалифицированных специалистов. Перерабатывая по-
своему некие западные стандарты, мы имеем возможность
раньше вовлечь человека в активную работу и вместе с тем
сохранить систему образования. У нас есть свои определен-
ные преимущества. В чем мы, безусловно, отставали в тече-
ние продолжительного времени, так это в компьютерных
технологиях. Думаю, что и по-прежнему отстаем.
– Что можно ожидать от научно-технического про-
гресса в третьем тысячелетии.
– Дай Бог, чтобы в третьем тысячелетии научно-техниче-
ский прогресс не порождал такие страшные вещи, которые
могли бы привести к огромным бедствиям для человечест-
ва. Думаю, можно ожидать дальнейшее очень бурное раз-
витие информационных технологий. И если сегодня в ва-
ших компьютерах основная операция «ноль – единичка»
происходит за счет переключения прибора и в этом пере-
ключении участвуют тысячи электронов, то в новом тысяче-
летии это будет происходить за счет единичных электрон-
ных актов, что приведет к колоссальному увеличению по-
тенциальных возможностей компьютерных технологий.
Наверное по-прежнему основными проблемами в жизни
человечества будут оставаться энергетические. Сегодня в Со-
единенных Штатах Америки мощность потребления энергии
одним человеком соответствует величине, исчисляемой ки-
ловаттами. Увеличение мощностных характеристик для об-
служивания одного индивидуума на планете может привес-
ти к очень серьезным последствиям, поэтому-то проблемы
энергетики – одни из важнейших. Чернобыль показал, что
атомная энергетика таит огромные опасности для жизни лю-
дей и планеты, но я, откровенно говоря, не вижу пока реаль-
ной альтернативы атомной энергетике. Человечество из-за
чернобыльской катастрофы шарахнулось от нее прочь, но в
ХХI веке этот вид энергетики станет основным возможно в
середине столетия, а может быть несколько позже, будет ре-
шена проблема управляемых термоядерных реакций.
(Беседа публикуется со значительными сокращениями).
59
На приеме в честь Нобелевского лауреата.
Выступает председатель Совета ректоров
вузов Санкт-Петербурга В.Е. Романов
Во время вручения подарка
от Санкт-Петербургского
Английского клуба